Минуты до смерти...

Сегодня утром умер один мой хороший приятель! Ему двадцать два. Еще совсем молод, не так ли? Последние два дня он просто лежал на больничной койке и просто ждал. Чего ждал? Наверно он и сам не смог бы дать ответ на этот коварный вопрос. Знаю одно – это были самые долгие два дня в его жизни. Врачи поставили диагноз воспаления легких с дальнейшим осложнением на сердце. Если нормальное здоровое сердце размером с собственный кулак, то в его же случае оно обрело размеров кулака боксера, причем помещенного в боксерскую перчатку. Представите, каково знать, что через два дня ты сведешь счеты с этим миром? Он просто лежал, потолок и белые, холодные больничные стены были последними прелести жизни, которые он мог видеть. Наверно в сером пробеленном потолке, где-то вдали он мог видеть свою отраду. Уж лучше холодный потолок, чем разорванные тела на части, чем багровые  реки, окрашенные спущенной в них кровью, чем рядом лежащий труп товарища, с которым  несколько месяце делили последний кусок хлеба. Ведь война забирает тоже большое количество молодых парней. Но это не война.

Когда утром сообщили мне, что сердце остановлено, первая моя мысль, он же еще не видел жизни. В таком возрасте начинается этап жизни, когда ты по воле неволе ступаешь на тропу самостоятельного существования. Покидаешь лоно материнское и создаешь свое, отцовское. Не знаю, может и это и к лучшему, что он не успел завести себе домочадца!? Не хотелось бы, чтоб еще один ребенок носил статус безотцовщины.

Бесконечно белые, то ли серые, стены и потолок. Раздраженно, вечно суетящиеся люди, не покидают того же цвета комнату. Наверно он их просто на просто уже не видел. Не видел ни горьких слез матери, не печали глаз своих товарищей, не равнодушные лица врачей. Его сознание уже глубоко поникло серыми, с белыми проблесками, разводами пробеленного потолка. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. И так ровно срок восемь часов. С  коварной жадность делался каждый вдох, с наивной надеждой  осуществлялся выдох. Как принято считать, в такие моменты жизнь пробегает перед глазами. Вспоминаешь первую сигарету, первую любовь, первую женщину показавшую благо прекрасного чувства. Уверен, он  не видел этой бегущей строки перед глазами, он просто еще не жил. Можно ли просто смерится и равнодушно отлежать последние дни, пялившись в потолок? Проигнорировать все  происходящие и всех окружающих? Душа прикована к телу до последнего удара сердца, до последнего вдоха. С истечением этих обстоятельств она покидает нас. В его случае, все, что дает право называть нас человеком, держалось двумя-тремя намётанными стежками. При этом  приносило столько не выносимой боли, католические инквизиции в средние века, просто сущий пустяк. 

В голове ветер, в глазах белизна в душе порок. Еще мгновение и он на пороге вечной пустоты. Возможно всю бесконечную вечность и будет находится в окружении этик вечно белых и жутко холодных стен. Возможно, он так и будет жить среди нас, в нашей памяти и в наших сердцах. Знаю одно, умирать при таких обстоятельствах  в столь юном  возрасте огромная боль, планеты Земля. Еще одна жертва матушки смерти, охотящейся на молодые души.

Вечная память.

Обсудить у себя 0
Комментарии (1)
смерти молодых всегда приводят меня в ужас.
Чтобы комментировать надо зарегистрироваться или если вы уже регистрировались войти в свой аккаунт.

Войти через социальные сети:

Кирнос Арнольд
Кирнос Арнольд
Был на сайте никогда
29 лет (28.11.1989)
yogurtb_52@mail.ru
Читателей: 10 Опыт: 0 Карма: 1
все 6 Мои друзья